Developed by Ext-Joom.com

Морское образование в дореволюционной России

История мореплавания в нашей стране уходит своими истоками в глубь веков. Известны морские походы славян в VI—VII вв. н. э. Суда новгородцев бороздили воды Балтийского и Белого морей, Северной Атлантики. Поморы на своих кочах промышляли морского зверя от Шпицбергена до Енисея.

Без карт, иногда даже без компаса, наши предки совершали многомильные морские переходы, пользуясь только дедовскими наставлениями. Безграмотность, царившая в средневековой России, тормозила развитие мореплавания. Проходили столетия, а наука судовождения оставалась прежней. Сведений о каком-либо морском учебном заведении в допетровской России нет. Первая «Навигатская школа» была учреждена указом Петра I в 1701 г. в Москве. В ней готовили не только к морской службе, но и во все роды военных и гражданских служб: инженеров, артиллеристов, учителей, геодезистов, архитекторов, гражданских чиновников и т. п. «Навигатская школа» была знаменательной вехой в истории морского образования, она способствовала развитию морских наук в России, но кадров для торговых судов не готовила, и на них царила прежняя безграмотность.

Учебное судно «Великая Княгиня Мария Николаевна», приобретенное в Англин для Одесских мореходных классов в 1899 г.Учебное судно «Великая Княгиня Мария Николаевна», приобретенное в Англин для Одесских мореходных классов в 1899 г.

Подготовка штурманов и шкиперов специально для торгового флота началась в конце XVIII в. Однако первые русские штурманы получали образование не в морском учебном заведении, а в школе геодезистов, основанной в Иркутске в 1753 г. Некоторые воспитанники этой школы плавали на торговых судах по Байкалу и Охотскому морю.

С 1768 г. на купеческие суда с дипломированными шки-перами-иностранцами стали направлять русских матросов, которые после получения «одобрительного свидетельства» от хозяина допускались к экзамену при адмиралтействе и получали аттестаты на звание шкипера, штурмана или боцмана.

В 1786 г. в Петербурге по приказу Екатерины II было основано училище, названное «городской школой кораблестроения и водоплавания». Рассчитано оно было всего на 30 человек. Но опыт оказался неудачным: из-за плохой постановки учебной работы и финансовых трудностей в 1803 г. оно было закрыто. Желающих стать шкипером торгового флота прикомандировывали к Кронштадтскому и Николаевскому штурманским военно-морским училищам.

К началу XIX в. жизнь уже настоятельно требовала создания какой-либо определенной системы подготовки моряков торгового флота. Первым, довольно крупным и долговечным учебным заведением такого рода в России, стало Петербургское училище торгового мореплавания, открытое в 1829 г. Оно готовило шкиперов, штурманов, а также кораблестроителей. На учебу принимались дети купцов и мещан в возрасте 15—17 лет. В 1832 г. для училища построили первое в России учебное судно — бриг «Граф Конкрин» грузоподъемностью 140 т. Летом воспитанники направлялись на практику как на свое учебное судно, так и на купеческие суда.

В 1848 г. училище передали Морскому министерству, перевели в Кронштадт и переименовали в Роту торгового мореплавания.

Подобное учебное заведение было учреждено в 1834 г. и в Херсоне. Оба училища были закрытого типа. Воспитанники находились на государственном содержании (казен-но-коштные) или на собственном (пансионеры). За обучение последних вносилась плата родителями или тем учреждением, которое послало их учиться. Обучение продолжалось четыре года, из них два — в младшем классе (приготовительном) и два — в старшем (навигационном). В младшем классе проходили арифметику, алгебру, геометрию, плоскую тригонометрию, чистописание и такелажные работы. В старшем — алгебру, сферическую тригонометрию, навигацию, астрономию, лоцию, морскую практику, корабельную архитектуру, корабельное черчение. Кроме того, проходили географию, рисование, русский, немецкий и английский языки. В херсонском училище вместо немецкого и английского языков изучались французский, итальянский, греческий и турецкий. Начиная с 1857 г. в Кронштадтской Роте начали читать курс коммерческого права. Оба училища отличались серьезной постановкой обучения. Строгая дисциплина и обширные программы, особенно по предметам математического цикла, позволяли готовить в них квалифицированных судоводителей.

В этом доме в Одессе по улице Греческой (ныне улица Карла Либкнехта) размещались Одесские мореходные классыВ этом доме в Одессе по улице Греческой (ныне улица Карла Либкнехта) размещались Одесские мореходные классы

Кроме Кронштадтского и Херсонского училищ, были морские учебные заведения и другого типа. Так, в Риге существовало училище торгового мореплавания чисто гражданской структуры, куда принимались без различия сословий юноши не моложе 14 лет, проплававшие не менее пяти месяцев матросами (чего не требовалось для поступления в другие морские училища). Занятия проходили с ноября по март. Летом ученики самостоятельно поступали на суда.

Те, кто пропускал летнюю практику, к дальнейшему посещению училища не допускались. Полный курс обучения продолжался два года. Преподавание велось на немецком языке. От преподавателей требовалось, чтобы они в звании шкипера проплавали на купеческом судне не менее шести лет. Училище было рассчитано на сорок человек. Обучение платное — 12 руб. за зиму. После экзаменов выпускники доплавывали пятилетний матросский стаж, нужный для получения штурманского диплома.

Другим типом морских учебных заведений были шкиперские курсы в городах Кеми и Архангельске. Белое и Баренцево моря издавна являлись районом интенсивного морского промысла, однако поморы долгие годы были лишены возможности получать хотя бы элементарное морское образование.

Курсы утвердили в 1841 г. по представлению архангельского гражданского губернатора. Их открытие состоялось 8 феврале 1842 г. с испытательным сроком до 1846 г. По-видимому, у правительства существовали сомнения в их не-
обходимости, и судьба курсов все время была неопределенна.

К занятиям на курсах допускались все желающие, без различия звания и возраста. Учебная программа была довольно ограничена: теория и практика кораблевождения, практическое кораблестроение и норвежский язык. Основной контингент учащихся составляли дети бедных родителей. Зажиточная часть поморов относилась к курсам неодобрительно и детей своих туда не посылала. В 1846 г. для Архангельских курсов приобрели учебное судно-шхуну «Ломоносов».

По инициативе комитета развития торгового мореплавания в 1861 г. при Либавской прогимназии был учрежден навигационный класс, выпускавший ежегодно два-три человека. Просуществовал он недолго, до 1867 г., и особого значения в истории морского образования не имел. Каждый год все эти училища заканчивало около 40 человек.

Фасад здания Одесского мореходного училища, а котором в 1902 г. находилось училище торгового мореплаванияФасад здания Одесского мореходного училища, а котором в 1902 г. находилось училище торгового мореплавания

В середине XIX в. в печати стали появляться статьи, осуждавшие систему подготовки моряков торгового флота и предлагавшие различные реформы морского образования.

В пользу такой реформы говорило многое. Во-первых, учебные заведения закрытого типа дорого обходились государству. Во-вторых, ввиду своей малочисленности, и ограниченного количества мест в каждом они не удовлетворяли потребностей торгового флота в квалифицированных кадрах. В результате на русских судах было много шки-перов-практиков без морского образования или же иностранцев.

Кроме того, училища были заполнены людьми, поступившими в них не по призванию, а только для получения дарового образования. Учеба же для детей «морского сословия» — рыбаков и моряков — фактически была недоступна. И в довершение всего неправильное барское воспитание в стенах училища закрытого типа было причиной того, что из них выходили белоручки, которые, столкнувшись с тяжелой работой на море, скоро ее бросали и устраивались на берегу.

В печати тех годов часто встречаются упоминания о недружелюбном, а подчас и прямо враждебном отношении шкиперов к выпускникам училищ. Объяснялось это не только тем, что'последние не имели достаточных практических навыков, но и боязнью шкиперов, большей частью людей малограмотных, за свои места.

В 1860 г. чиновнику по особым поручениям при Морском министерстве статскому советнику В. Доргобужинову было поручено заняться изучением положения мореплавания за границей и описанием состояния русского торгового флота. Эта работа продолжалась несколько лет. И, наконец, в 1867 г. был опубликован закон об учреждении взамен существовавших закрытых учебных заведений мореходных классов. Они могли быть открыты с разрешения Министерства финансов в любом городе или даже в селе. Община брала на себя расходы по их содержанию, а государство давало субсидии в размере до 500 руб. Для поступления отменялись все сословные и возрастные ограничения. Покупающий обязан был лишь иметь опыт плавания на судах и уметь читать и писать. Преподавание в классах велось, преимущественно в зимние месяцы. Делились они на 3 разряда: 1-й разряд — для подготовки штурманов каботажного плавания; 2-й — для подготовки шкиперов каботажного и штурманов дальнего плавания; 3-й — для подготовки шкиперов дальнего плавания.

Число учащихся в классах было самое разное. Наиболее крупными были Айнажские и Херсонские, где насчитывалось 108—110 учеников, а например класс в Газоу состоял только из 5 человек, в Поти и Палангене — из 8.

Основным положительным качеством мореходных классов была их доступность, кроме того, увеличилось число выпускаемых судоводителей. Однако недостаток средств не позволял обеспечить классы необходимыми пособиями и содержать достаточно квалифицированных преподавателей. Они долгое время никем не инспектировались и были полностью предоставлены сами себе. Вскоре выяснился еще один изъян. По замыслу авторов реформы, классы предназначались для людей, связанных с морем: рыбаков, матросов, недипломированных шкиперов. На деле получилось иначе. В них поступало много совершенно случайных людей, стремившихся получить дипломы, освобождавшие от воинской повинности. Кроме того, здесь имели возможность закончить свое образование лица, исключенные из других учебных заведений за неуспеваемость или скверное поведение. Все это, конечно, не могло пройти бесследно, и по уровню своих знаний окончившие классы стояли исключительно низко. Недаром один из публицистов того времени назвал мореходные классы «пигмейскими школами».

Вот несколько цитат того времени из газеты «Южанин»: «Мореходные классы вообще нельзя считать учебным заведением». «Общее впечатление, вынесенное из ближайшего ознакомления с Николаевскими мореходными классами, таково, что контингент воспитанников его в громадном большинстве представляет недисциплинированный сброд молодых людей, нисколько не интересующихся ни наукой, ни той специальностью, которую они сами избрали». «Нужны закрытые учебные заведения, со сроком обучения 5— 6 лет, а мореходные классы преобразовать в матросские классы».

В печати чаще появляются статьи, в которых авторы предлагают различные системы подготовки моряков торгового флота, все резче становится осуждение мореходных классов, а закрытые в 1867 г. Кронштадтское и Херсонское училища признаются теперь действительно нужными и полезными.

Воцарившаяся в мореходных классах анархия и бессистемность, неудачно составленные программы, малоквалифицированные преподаватели предрешили их судьбу.

Несколько лет обсуждался проект реформы мореходного образования, и только 6 мая 1902 г. состоялось утверждение Положения о мореходных учебных заведениях, которые теперь делились на мореходные училища дальнего и малого плавания, мореходные школы, готовящие судоводителей для парусных судов, курсы мореходных знаний, предназначенные для уже плавающих лиц и приготовительные мореходные школы, которые судоводительского образования не давали. Для учеников мореходных учебных заведений вводилась форменная одежда.

Училища дальнего плавания учреждались в Петербурге, Владивостоке, Ростове-на-Дону, Баку и Магнусгофе, а училища малого плавания — в Херсоне, Керчи и Астрахани. В Одессе мореходные классы были преобразованы в самостоятельное учебное заведение — Одесское училище торгового мореплавания с двумя отделениями: судоводительским и механическим.

Одновременно вводились новые судоводительские звания: капитан и штурман, причем каждое из них имело четыре разряда. Всего, таким образом, было 8 судоводительских званий, которые давали право занимать определенную должность.

Новая система морского образования, на создание и обсуждение которой понадобилось несколько лет, сразу же после своего обнародования была встречена острой критикой. Резкими нападками на нее пестрели страницы морских журналов и газет. Возражения вызывало ничем не оправданное и совершенно искусственное большое число разрядов судоводительских званий, а также разнотипность учебных заведений.

Приготовительные классы обвинялись в том, что не давали почти никакого общего образования и выпускали недоучек. Пробел в нем не восполняли ни мореходные школы, ни училища. Это снижало общий технический уровень выпускников и уровень их подготовки по специальным предметам.

Таким образом, мореходные училища выпускали малоквалифицированных специалистов, которым в дальнейшем трудно было устроиться на работу как на суда, так и на берегу, что стало одной из причин, резко снизивших приток молодежи в эти училища.

Особенно остро встал вопрос о новой перестройке системы мореходного образования после закона 1909 г., уничтожившего деление на судоводителей парусных и паровых судов.

В декабре 1912 г. состоялось совещание, в котором участвовали начальники портов и мореходных училищ, представители пароходных обществ и т. д. Обсуждался новый проект преобразования морских учебных заведений, учреждавших четырехклассные мореходные училища дальнего плавания (поступающие должны были иметь образование в объеме городского училища и шестимесячный плаватель-ский ценз), мореходные школы разных типов и курсы мореходных знаний для подготовки судоводителей парусных судов вместимостью от 20 до 100 per. т. Как видно из проекта, многотипность морских учебных заведений, которая являлась одним из недостатков прежней системы, сохранялась. Его реализации помешала первая мировая война, но если бы перестройка образования произошла, положение едва ли бы стало лучше, так как по-прежнему не учитывались действительные нужды мореплавания.

Таким образом, морское образование в дореволюционной России находилось в плачевном состоянии: все понимали, что существующие мореходные учебные заведения неудачны, но никто не видел выхода из создавшегося положения. Недаром один из корреспондентов журнала «Русское судоходство» писал: «...ни в одной, пожалуй, другой области Министерство торговли и промышленности не расходилось... столь резко с жизнью, как именно в отношении мореходного образования».

Добавить комментарий

Чтобы оставить комментарий, зайдите на сайт с помощью социальной сети

       


Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика